Банька по-министерски

Ситуация
Шрифт

Три года назад привычный уклад жителей нескольких частных домов Октябрьского района изменился не в лучшую сторону. Можно сказать, накалился. А жару поддал новый сосед. И не абы какой, а министр областного правительства.

Земельный участок чиновника по улице Советской «перегородил», точнее, чудесным образом «впитал» междворовый проезд, по которому жители соседних домов всю жизнь выходили на улицу, завозили дрова, подгоняли машины для откачки септиков. Хозяин соседнего дома Анатолий Сугоняко пытается вернуть проезд в общее пользование, но, честно говоря, уже не верит, что это получится.

- У него вон видеокамеры установлены, - говорит Анатолий Сугоняко, показывая бывшую общую дорогу. - В прошлый раз я привел сюда адвоката и кадастрового инженера. Через несколько минут подошел рабочий и передал слова Эдуарда Мицкевича: мол, если через десять минут не уедем, вызовет полицию.

В этот раз все повторилось. Подошел рабочий:

- Эдуард сказал, что товарищ находится на частной территории, просит его уйти, пока не…

- Скажи ему, что здесь мы стоим на своей территории, - ответил Анатолий Сугоняко.

- Я просто передал. Я здесь по другой части.

- Скажи, что мы сейчас уйдем.

Почем землица?

- Анатолий Леонидович, как получилось, что общая, по сути, муниципальная территория междворового проезда стала частью участка дома № 8?

- Принцип построения домов здесь следующий: забор, ворота, за ними несколько домов и общий двор-проезд. Изначально дом № 8 занимал небольшой участок. Дом на двух хозяев. В одной половине жила супружеская пара. Когда жена умерла, муж запил. А потом умер хозяин второй половины дома - ссыльный немец. Его половину помогли оформить на пьющего соседа некая Ольга - директор агентства недвижимости, аффилированного администрацией. Сначала она пару месяцев поила соседа водкой, а потом купила этот дом, присоединив к его земельному участку каждый пустующий здесь клочок земли, дорогу между домами, землю под ЛЭП. Разумеется, жителей остальных домов в известность никто не поставил.

Правда, за дорогой остался статус «участок ограниченного использования, сервитут».

Ни я, ни вы такой документ не получите. Но она как-то получила, узаконив, таким образом, территорию в 695 квадратных метров. В эту площадь входят даже моя отмостка и крыша: межевание сделали буквально по стене моего дома. Она пригласила инженера, который делил землю под Хомутово и ни разу не делал это в городе! В площадь участка включили даже противопожарную стену из песчаника, хотя в администрации мне сказали, что эта стена муниципальная и никому не принадлежит. Проезды между домами – тоже муниципальная собственность, общая территория и приватизации не подлежит. А под ЛЭП, протянутой в 1936 году, охранная зона, где вообще нельзя ничего строить.

- Тогда зачем директору агентства понадобилась вся эта «нефункциональная» земля?

- Она купила участок за 6,5 тысячи рублей, а через четыре месяца некто Асташков В.Н. покупает у нее участок якобы за 900 тысяч. Думаю, сумма была другой. Им просто нужно было уйти от налогов, потому что позднее на сайте агентства по недвижимости Асташков выставил эту землю по цене 5 млн 200 тысяч рублей. А после того как он провел изменение вида земельного пользования участка с формулировки «под эксплуатацию жилого дома» на «строительство административного здания», и по бумагам дорога перестала быть территорией сервитута, площадь участка уже стала 880 квадратных метров и была выставлена по цене 8 млн 200 тысяч рублей.

С кем связался?

- И какое отношение к этому имеет областной министр по регулированию контрактной системы правительства?

- Мицкевич якобы родственник Асташкова. В марте прошлого года «Восточно-Сибирское геодезическое предприятие» провело новое межевание по договору с ним, и договор подряда был с ним, фактическим владельцем. В апреле министр лично показывал участок потенциальному покупателю. А еще была попытка перенести ЛЭП. Я сказал приехавшим рабочим, что это незаконно и что вызываю милицию. Затем я обратился в «Южные электрические сети». Там подтвердили, что никакого согласия на перенос линии они не давали, а если ЛЭП не перенести, то строить под ней ничего нельзя. После этого со мной встретился порученец Мицкевича: «Ты знаешь, кто хозяин этого участка?» - сказал он. Мне стали запрещать пользоваться проездом, выезжая из гаража. Лично Мицкевич угрожал мне на матах: «Ты знаешь, с кем связался!? Ты не представляешь! Да ты мне ничего не сделаешь! Хоть куда беги – все равно бумаги здесь тормознутся!» Не верилось в это. Но то было три года назад. А за три года переписки с нашей прокуратурой я все прекрасно понял. Я обратился в суд. Выиграл. Потом был второй суд, к которому Асташков с кадастровым инженером подделали документы, изменив вид земельного пользования участка. Суд решил, что «сервитут» убран из документов незаконно. Это подтвердили и областной суд, и коллегия областного суда, а вот зампрокурора города Иркутска госпожа Петрова сказала: «Это суд так считает, а мы так не считаем». И я получил официальный ответ прокуратуры: так как Асташков является собственником, то дорога исключена из разряда сервитута правильно.

- То есть прокуратура не посчитала решение суда правильным?

- Мне так не сказали, сказали только: «Мы так не считаем». И раз публичный сервитут не прошел, я подал в суд на признание дороги частным сервитутом. Выиграл Октябрьский районный суд и областной. Однако Асташков подал на опротестование в коллегию президиума областного суда и, несмотря на решение городской администрации, опротестовал его. Дом 8в, вон, в глубине двора стоит, там пенсионеры живут. Дорога к дому теперь стала проданной Мицкевичу территорией, и как жильцам выходить на улицу? Как туда подъехать скорой или пожарным, если что случится. И здесь же нет канализации – септик. По этому проезду машина заходит и откачивает, по нему же и дрова подвозили. Выезд из моего гаража тоже выходит на эту дорогу. Как буду потом выезжать – не знаю. Теперь Мицкевич со мной судится по поводу того, что отмостка моего дома с этой стороны выходит на этот проезд и крыша свисает над ним. Хотя такой слив крыши на дорогу у этого дома еще с 1906 года. Кстати, крыша бани Мицкевича нависает над моей территорией.

Что дальше?

- У министра на участке дома нет, зато есть баня – это и есть «административное здание», ради которого менялся вид земельного пользования?

- Какое административное здание? Здесь даже стоянку негде разместить. Когда баню строили, то вместо трехметрового фундамента вбили на полтора метра несколько свай, залили бетонную плиту и все. А грунт здесь глинистый, и если эта восьмиметровая баня упадет… Ее поставили ближе чем в шести положенных метрах от ближайшей постройки – моего дома, и стоит она вплотную к моему забору. С нового года в администрации города меня уверяли, что готовят пакет документов на незаконное строительство Асташковым «здания неопределенного назначения». В мае их отправили в суд, но Асташков подал встречное заявление и узаконил это строение как «хозяйственно-производственное здание нежилого типа». А там одновременно человек тридцать могут мыться. Наверху есть зал с камином и бильярдная, теплые полы с подогревом, канализация, окна двухметровые, спутниковая антенна стоит. Можно догадываться, что в ней будет.

- И что дальше планируете делать?

- Сейчас жду проведения независимой экспертизы со строительной кафедры политехнического института. Будет новый суд, на котором мне придется доказать, что я могу подъезжать к септику и своему гаражу именно по этой дороге.

- Насколько непредвзятой будет экспертиза?

- Если на экспертов давить не будут… Мой первый адвокат ушла в последний день заседания - на вынесении решения. «Заболела». Потом призналась: ей сказали, что если не уйдет, она больше никогда не будет работать адвокатом. Второй сбежал, сказал, что не успевает. Я обращался к нашему губернатору. Пока бесполезно. Обращался к уполномоченному по правам человека: ответили, что в решение суда не вмешиваются. Написал десять обращений Путину, сам ездил в Москву, был в приемной президента с 11-м обращением по поводу того, что Мицкевич хочет добиться разрешения снести часть крыши моего дома и демонтировать отмостку. Мне ответили, что сейчас ответ дать не могут, обращение будет находиться на контроле приемной президента, все вопросы рассмотрят и дадут ответ через месяц. Я 20 лет отработал на севере. Сейчас у меня дом и 14 соток земли. Мне не надо ничего, только проезжать к своему гаражу и к септикам.

P.S. Одновременно «ИркСибом» этой темой заинтересовалась редакция газеты «Байкальская Сибирь». «БС» направила министру запрос с просьбой прокомментировать ситуацию. Нам стало известно, что ответ пришел достаточно быстро, но в качестве физического лица Эдуард Мицкевич отказался от комментариев, а в качестве министра в описанной ситуации комментировать, по его мнению, нечего.

На фото: Анатолий Сугоняко рассказывает, как в худшую сторону изменилась его жизнь с появлением нового соседа.

Мнение авторов комментариев не обязательно совпадает с мнением редакции