Антон Романов рассказал про "Ангарские хутора"

Интервью
Шрифт

Депутат Госдумы РФ от Иркутской области Антон Романов дал большое интервью для газеты «Байкальские вести» о финансовых злоупотреблениях областного правительства. Публикуем некоторые выдержки из этого интервью.

— Антон Васильевич, после вмешательства Александра Бастрыкина местное управление СК РФ возбудило несколько уголовных дел по некачественному строительству детских садов, скандальной реконструкции резиденции «Ангарские хутора» и долгострою — Ледовому дворцу. Вы были одним из инициаторов обращений в правоохранительные органы, чтобы они начали расследование в отношении региональных чиновников, допустивших серьезные финансовые злоупотребления. С чего все началось?

— Начну с моего обращения в СК и Генпрокуратуру РФ по поводу расходования бюджетных средств на реконструкцию «Ангарских хуторов». В начале мая 2013 года в Иркутске пошли разговоры, что в августе-сентябре должен прилететь президент России. Поэтому срочно потребовался ремонт резиденции «Ангарские хутора». Но поскольку в бюджете денег на эти цели не было предусмотрено, то были привлечены некие частные инвестиции, чтобы выполнить реконструкцию. Там работала компания «Иркутская слобода». Вообще, на ремонт было запланировано 520 млн рублей, выполнено работ примерно на 230 млн. Кроме того, планировалось закупить оборудование (мебель) и инвентарь на сумму около 200 млн рублей.

В итоге президент не приехал. Встал вопрос о компенсации расходов, то есть было необходимо внести изменения в областной бюджет. Как только в бюджете в разделе «Национальная оборона» появилась эта сумма, депутаты Законодательного собрания стали задавать вопросы, на что пойдут деньги. Естественно, председатель ЗС Людмила Михайловна Берлина решила отправить на этот объект аудиторов Контрольно-счетной палаты, чтобы провести проверку расходования бюджетных средств. И в итоге КСП выявила многочисленные нарушения. Председатель Заксобрания обязана была на это отреагировать, и Людмила Михайловна эти материалы направила в областную прокуратуру. Насколько я понимаю, там никак не отреагировали.

— А вообще этот акт КСП по резиденции имеется? Распространяют слухи, якобы его не существует, якобы он — выдумка врагов губернатора.

— Вот он у меня в руках. Там все расписано в деталях. Интересный документ.

— Каким образом он оказался у Вас?

— Я — депутат Государственной думы, и мой статус позволяет знакомиться с подобными документами.

— Я так понимаю, что Вы, как только узнали о результатах проверки КСП, сразу же стали добиваться серьезных разбирательств со стороны правоохранительных органов?

— По «Ангарским хуторам» я направил несколько писем в адрес председателя СКР Александра Бастрыкина и генерального прокурора Юрия Чайки.

— Что отвечали?

— Со Следственным комитетом у меня была долгая переписка. Я обратился к Александру Ивановичу Бастрыкину и попросил провести проверку, поскольку местные правоохранительные органы бездействуют. Ответы вначале приходили развернутые. Часть из Иркутска, часть из центрального аппарата. В первом письме, из регионального управления, сообщили, что начата доследственная проверка. Во втором — уже из Москвы — сообщается, что выявлены значительные нарушения при ремонте резиденции. В ответе следователи указали сведения из того самого акта КСП. Например, о том, что там построены спортзал стоимостью в 12 млн рублей, бассейн стоимостью 7 млн. Эти объекты в нарушение приказа не приняты к бухгалтерскому отчету.

Для этого объекта много интересных и необоснованно, на мой взгляд, дорогих вещей приобретено и установлено. Например, осуществлена замена сантехнического оборудования дорогостоящими материалами на 4 млн рублей, заменено электроосвещение на 12 с половиной миллионов, из которых стоимость приборов составила 8 млн рублей. Оплачены и установлены для сауны кабина и ванна из японского кипариса и сантехническое оборудование к ним на сумму 2 млн 900 тыс. рублей. Цена самой ванны — полтора миллиона рублей.

Интересной особенностью вопроса по «Ангарским хуторам» является тот факт, что государственный контракт на осуществление реконструкции объекта, заключенный 17.12.2013, фактически был выполнен к августу 2013 года. Это свидетельствует о том, что должностным лицам, ответственным за его заключение, заранее были известны исполнители контракта, его стоимость. Это говорит о том, что конкурс на его заключение, экспертиза сметной стоимости работ были фикцией, что невозможно без значительной коррупционной составляющей со стороны высшего руководства правительства Иркутской области.

Cамый интересный пункт был в конце последней информации из регионального управления СК, который меня насторожил. То есть в Иркутске решили, что мне и моим коллегам предоставленной информации достаточно. В этом пункте меня информировали о том, что в соответствии с указом президента России «Ангарские хутора» и все, что там происходит, входит в перечень секретных объектов, а потому материалам проверки присвоен гриф «секретно». Это значит, что более подробно сведения о результатах проверки мне представлены не будут.

— Видимо, региональные власти решили засекретить все по «Ангарским хуторам», чтобы общественность не узнала всей правды о финансовых махинациях с бюджетными средствами. И что Вы намерены делать дальше?

— Меня интересовало, почему они засекретили материалы для меня. Я как депутат Государственной думы имею первый допуск секретности, ведь мы принимаем бюджет страны, в том числе имеем доступ к сведениям по расходам на оборону и безопасность. Я написал письмо Александру Бастрыкину, что готов соблюсти все требования по гостайне и изучить материалы проверки. Более того, если следователи регионального следственного управления так беспокоятся о секретности, то мы готовы рассмотреть этот вопрос на Комитете по безопасности в Госдуме в закрытом режиме, куда я, кстати, в ближайшее время собираюсь направить материалы проверки КСП.

— А вообще ГОК «Ангарские хутора» может носить статус засекреченного объекта?

— Региональные власти прикрываются этим статусом, потому что там якобы установлено специальное оборудование. Ведь готовились к приезду президента. В связи с этим я направил письмо директору ФСБ России Александру Бортникову с вопросом, как сохранялся режим секретности на секретном объекте. Во-первых, там работает частное охранное агентство. Во-вторых, фирма, которая проводила ремонт, не имеет допуска к проведению работ на секретных объектах. Закупки мебели проводились частной фирмой в открытом режиме, специальное оборудование закупалось в Корее, и спецслужбы этой страны, конечно же, знали, куда это оборудование идет. Они могли установить там что угодно.

Кроме того, на этом якобы секретном объекте постоянно проходят вечеринки. Высшие должностные лица региональной власти там проводят мероприятия для себя и приближенных. Вы же не думаете, что с них со всех собирались подписки о неразглашении? И вообще, кто следил за режимом секретности на этом секретном объекте? В связи со всем этим я прошу руководителя ФСБ о возбуждении уголовного дела по факту разглашения государственной тайны при строительстве и реконструкции и эксплуатации секретного объекта.

— Известный факт, что последний президент, который был в «Ангарских хуторах», — Борис Ельцин. Последующие главы государств туда даже не заглядывали. И вообще Москва отказалась здесь делать какую-либо резиденцию. Для кого тогда эти хоромы?

— Если там устраивались вечеринки, то резиденция не предназначалась для президента. В перечне закупок на этом секретном объекте фигурируют не только ванная из кипариса, но и тумбочки прикроватные по 490 тыс. рублей за штуку, беговая дорожка за миллион рублей, ложка за пять тысяч рублей. Все это, не сомневаюсь, предназначалось для развлечения высшего руководства Иркутской области, которое, прикрываясь президентом и режимом секретности, решило устроить себе такое гнездышко. Я считаю, что такими действиями создается угроза для национальной безопасности страны.

Беседовал Сергей Петренко, специально для «Байкальских вестей».

P.S.

Вот неполный перечень товаров, приобретенных для резиденции «Ангарские хутора». Два велосипеда — 700 тысяч рублей. Тележка ручная для багажа — 86 тысяч. Зонт от солнца — 14 тысяч рублей. Беговая дорожка — один миллион рублей. Велотренажер — 450 тысяч. Гантели по 18–20 тысяч рублей. Сумка для гольфа — 25 тысяч рублей. Подставка для клюшек — 18 тысяч. Искусственная трава — 95 тысяч рублей. Уличная пепельница — 26 тысяч. Мусорное ведро (хром, сталь) — 9 тысяч рублей за штуку. Коврик для ванной — 22 тысячи рублей. Картина с изображением лошади — 267 тысяч рублей. Пододеяльник — 92 тысячи рублей.

Фото ИА «IrkutskMedia»

Мнение авторов комментариев не обязательно совпадает с мнением редакции